Начать с нуля

Закон о банкротстве физических лиц должен вступить в действие 1 октября. Планировалось, что он заработает уже в июле, но сроки перенесли – из-за передачи права рассмотрения дел в арбитражные суды: надо дать им возможность подготовиться. Впрочем, эксперты все равно предрекают сложности.

Гульсара ГИЛЬМУТДИНОВА
gulsara@gazetastrela.ru
«Освободитесь от долгов с помощью банкротства!», «Ждете закона о банкротстве физических лиц? Надеетесь, что он спишет кредиты? Ошибаетесь! Получите бесплатную консультацию!» – на запрос «закон о банкротстве физических лиц» интернет выдает десятки предложений от юридических компаний. Осенью помощь юристов, специализирующихся на работе с долгами, наверняка станет более востребованной: самостоятельно разобраться в тонкостях документа людям, до этого умудрившимся залезть в кабальные сделки, будет непросто. По данным Центробанка, общая просрочка по кредитам граждан России превышает один триллион рублей, к концу года этот показатель может вырасти в полтора раза. По некоторым оценкам, почти два с половиной миллиона россиян после начала действия закона могут объявить себя неплатежеспособными и избавиться от непосильного ярма долгов.

Ликбез в сети
«В Америке личное банкротство было введено еще в первой половине прошлого века, в Европе – во второй. Для нашей страны это новая практика, и, вероятно, с октября будет некий «перенапряг» всей судебной системы. К этому надо быть готовым», – говорит Иван Рыков, арбитражный управляющий, эксперт по работе с долгами.
Он проводит вебинар по банкротству. Суть документа, несколько лет находящегося в разработке и доработке, вроде бы уже понятна всем интересующимся. Согласно самой свежей редакции, гражданин имеет право объявить себя банкротом в судебном порядке, если у него имеются долги на сумму не менее 500 тысяч рублей, а выплаты по ним просрочены более чем на три месяца. При наличии признаков, очевидно свидетельствующих о невозможности исполнения обязательств в будущем (потеря работы, нетрудоспособность и так далее), он может инициировать процедуру собственного банкротства, обратившись в арбитражный суд.
Тогда в его жизни появится такая фигура, как финансовый управляющий, человек с очень широкими юридическими полномочиями, – он проведет тонущий корабль должника через рифы процедуры банкротства к гавани под названием «жизнь с чистого листа».
Прежде чем пустить имущество с молотка (а именно с этим ассоциируется у нас процесс банкротства), перед незадачливым должником откроют перспективы реструктуризации долгов (план ее утверждается на общем собрании кредиторов) либо мирового соглашения (примерно то же самое). Только если это по каким-то причинам невозможно, произойдет оценка и опись имущества и его реализация на электронных торгах. Как итог – признание гражданина банкротом и освобождение его от долгов.
Один из самых животрепещущих вопросов, который интересует слушателей вебинара: какое имущество останется нетронутым, не войдет в конкурсную массу?
«Единственное жилье, земельный участок, на котором оно расположено, предметы обычной домашней обстановки, – перечисляет Рыков. – За исключением драгоценностей и предметов роскоши. О них пока закон ничего конкретно не говорит. У меня до сих пор вопрос: а является ли, например, обручальное кольцо предметом роскоши?»
По его словам, подобные моменты будут решаться в процессе – когда появятся первые практические проблемы и суды будут просить разъяснений в высшей инстанции.
Информация о банкротстве гражданина будет заноситься в Единый федеральный реестр сведений о банкротстве, то есть так или иначе станет публичной. Из других негативных последствий – несмываемое пятно на кредитной истории (рассчитывать на новые займы, скорее всего, не стоит), невозможность в течение трех лет занимать руководящие должности в компаниях.
«Есть и исключения, когда гражданин от долгов не освобождается. Например, если имеются признаки преднамеренного или фиктивного банкротства, непредоставление сведений финансовому управляющему, злостное уклонение от продажи имущества, его сокрытие», – сообщает Рыков. Таким образом, закон изначально нацелен на помощь добросовестным гражданам, по глупости или по воле обстоятельств запутавшимся в долговых сетях.

Покажет практика
Почти все эксперты, опрошенные «Стрелой», уверены в необходимости и пользе подобного закона для нашего общества, но сходятся во мнении: документ нуждается в доработке. Какие его особенности вызывают наиболее частые вопросы?
По мнению Александра Пахомова, директора департамента проблемных активов ВТБ24, на текущий момент закону недостает норм, определяющих порядок обращения взыскания на элитное жилье, являющееся единственным для должника и не приобретенным в ипотеку.
«Спорной, на наш взгляд, является и норма, обязывающая должника-гражданина в определенных случаях подавать на свое банкротство. За нарушение ее предусмотрена административная ответственность», – добавляет он.
Тем не менее эксперт уверен, что если на практике нормы закона будут работать так, как это задумано законодателем, то процедура банкротства будет эффективной, поскольку основывается на принципах справедливого распределения имущества должника между его кредиторами и содержит инструменты для пресечения злоупотреблений сторонами.
«Для кредиторов процедура банкротства имеет ряд преимуществ: «управление» процедурой осуществляет финансовый управляющий, который материально заинтересован в ее результативности; сомнительные сделки, предшествовавшие банкротству, подлежат оспариванию; банки приобретают упрощенную возможность списать долги гражданина с баланса и так далее, – отмечает Александр Пахомов. – Только важно, чтобы не возникло коллапса на стороне судов, саморегулируемых организаций, арбитражных управляющих, печатных изданий. На кредитные организации закон возлагает бремя контроля расходных операций граждан, находящихся в процедуре, – им требуется срочно выстроить этот процесс, включая систему мониторинга публикаций о банкротстве граждан».
У многих экспертов вызывает вопрос адекватность уровня вознаграждения финансовых управляющих (10 тысяч рублей за всю процедуру банкротства, которая может длиться не один год). «Скорее всего, потребуется еще оплата услуг юристов, сопровождающих сделку. Практика покажет, как будет происходить ценообразование», – дипломатично отмечает Иван Рыков.
«Кроме услуг юриста, заемщику нужно будет заплатить за услуги финансового управляющего. Несмотря на то, что в законе указана стоимость таких услуг – 10 тысяч рублей, опытные юристы знают, как обойти это досадное недоразумение. Некоторые организации уже сейчас заключают договоры на услуги по банкрот­ству физлиц, и, насколько я знаю, стоимость их будет начинаться от 50 тысяч рублей и выше», – более категоричен Евгений Рякин, управляющий партнер компании «Кредитный Советник».
«В деле о банкротстве должника-организации вознаграждение временного или конкурсного управляющего – 30 тысяч рублей ежемесячно. При этом объем работы по должнику-гражданину вряд ли существенно меньше, чем по юридическому лицу. Таким образом, для увеличения дохода управляющий будет вынужден увеличивать количество должников, находящихся в его управлении, что не сможет не отразиться на качестве проводимой работы», – считает Дмитрий Шестаков, партнер ООО «ЮФ «Лигал Студио». Он отмечает также, что система арбитражных судов в настоящее время не сможет справиться с тем валом новых дел, которые неизбежно туда хлынут со дня вступления рассматриваемого закона в силу.
Тем не менее он уверен, что в существующем контексте закон – все-таки благо для граждан России, и его реабилитационная направленность должна принести позитивный эффект в вопросах устранения излишнего долгового бремени добросовестных граждан.
«Закон в любом случае несет в себе положительные тенденции к развитию финансовой грамотности граждан России и их умению управлять своими долгами, в том числе к способности оценивать свои возможности и потребности. Что же касается вопроса о том, каким он окажется в дейст­вии, – покажет практика его применения», – отмечает экс­перт.

Мнения

БрайчеваАнастасия Брайчева, адвокат:
«Закон, регулирующий банкротство физических лиц, конечно, нужен. Но не сейчас и, возможно, не такой. Предлагаемая сегодня процедура, которую ждут тысячи человек, скорее напоминает известную фразу: «Кому я должен, я всем прощаю», то есть легальный способ избавиться от долгового бремени без каких-либо существенных последствий для многих должников.
На мой взгляд, нынешний закон во многих ситуациях предполагает большую защиту прав гражданина, который взял в долг, потратил заемные средства, и не смог или не захотел их отдать, по сравнению с правами тех, кто эти средства ему предоставил и ничего не нарушил. Будь то другой гражданин, организация или банк.
При этом я не вижу в законе существенных сдерживающих механизмов, при которых должник будет всеми силами стараться не допустить своего банкротства. Да и наш менталитет пока не дорос до того, чтобы таким механизмом стали репутационные риски.
Несомненно, бывает, когда человек по объективным причинам попал в трудную жизненную ситуацию, и нуждается в помощи. Но закон не предусматривает разницы между добросовестными и недобросовестными заемщиками, и будет одинаково действовать в отношении всех. То есть тот, кто потерял работу и не может ее долго найти, всеми силами пытаясь прокормить семью на пособие, будет в одинаковой ситуации с тем, кто занятые деньги потратил на приобретение имущества, оформляя его на другого человека.
Сейчас кредитор может контролировать должника практически всю жизнь, забирая и вновь подавая исполнительный лист, при соблюдении соответствующих формальностей и сроков. Это означает запрет должнику выезжать за границу, невозможность на себя и супруга регистрировать имущество, фирмы, получать кредиты, пополнять счета, то есть, в конце концов, дает призрачную (а иногда и вполне реальную) надежду на возврат долга, поскольку все это затрудняет жизнь должнику.
Но после банкротства долги могут быть просто списаны, и кредиторы останутся в буквальном смысле слова ни с чем.
По смыслу закона о банкротстве физических лиц, в его нынешней редакции, если гражданин в течение трех лет не совершал «подозрительных» сделок со своим имуществом, в том числе не «переписывал» его на доверенных лиц, знакомых или родственников, в его действиях нет состава преступления, он не планирует брать новые кредиты, руководить компаниями, и в ближайшее время не собирается выезжать из страны, — процедура банкротства во многих случаях позволит в буквальном смысле начать новую «финансовую» жизнь, с минимальным набором имущества и при полном отсутствии долгов.
Я не знаю, вступит ли закон в силу с 1 октября 2015 года, или дату снова перенесут, но ожидаю, что изменения в него будут вноситься еще не раз, поскольку сейчас наблюдаю очевидный «перекос» в пользу тех, кто не возвращает долги.
Хотя, справедливости ради, нужно отметить, что закон имеет массу правовых нюансов, правоприменение будет под силу только специалистам (в частности, в арбитражных судах, банкротные дела рассматривают специальные составы судей), и однозначных «рецептов» ни для должников, ни для кредиторов, дать невозможно».

 
ТолмачевАнтон Толмачев, генеральный директор юридической компании «ЮрПартнерЪ»:
«Сразу можно сказать, что его применение нового закона будет затруднено его особенностями. Например, возможность обращения как в суды общей юрисдикции, так и арбитражные. Очевидно, что в разных судах сложатся разные практики его применения, что разумеется, не хорошо, так как приведет нарушению единообразия судебной практики.
Насчет необходимости такого закона нельзя принять однозначного решения. Так, против его введения активно протестуют многие банки, потому что вполне обоснованно опасаются кредитного мошенничества, закон в существующей сегодня формулировке может доставить им много проблем».

 

Б07-Федосимоворис Федосимов, генеральный директор АО «Холдинг «Люди Дела»:
«Безусловно, данный закон будет полезен обществу: слишком много на текущий момент в России физических лиц, имеющих такие долги, которые они не только не могут погасить, но они стали реально мешать их нормальной жизни.
Например, несколько лет назад мне пришлось защищать пожилую женщину, которая по просьбе ее сына стала поручителем по коммерческому кредиту его фирмы. Предприятие в результате обанкротилось, но банки предъявили иски и поручителям. Женщина не только отдала все, что у нее было, но банк и приставы до сих пор «терзают» ее: происходит постоянные взыскания с ее пенсии, проблемы с блокировкой счетов, нет возможности выехать за рубеж и так далее. Конечно же, такие лица будут защищены новым законом.
Есть определенные опасения, что им могут воспользоваться «профессиональные» заемщики, но думается, что через некоторое время правоприменительная практика устаканится и нивелирует эти риски. Еще большего оптимизма придает тот факт, что дела по банкротству физических лиц все-таки передали арбитражным судам, где есть подготовленный, профессиональный состав судей, хорошо знающий закон о несостоятельности (банкротстве)».

 

Инесса Назарько, руководитель Консалтингового центра «РосНалог»:
«Безусловно, этот закон в ближайшее время заработает, так как он действительно необходим для цивилизованного правового общества. В нашей стране много лет работает для юридических лиц, но для физических – нет. При этом у нас разрешено физическим лицам заниматься бизнесом в статусе ИП. Значит, малый бизнес подвергается неограниченным рискам, занимаясь бизнесом, а крупные компании рискуют лишь в рамках имеющегося у них имущества. Почему закон столько лет был более снисходителен к крупному бизнесу, чем к простым людям? Кто лоббировал его отсутствие? Банки? Вопрос в том, что пока этот закон требует доработок и подготовки судов и государственных органов. Его введение, очевидно, окажет серьезное влияние на общество, поэтому тот факт, что законодатели и исполнительная власть предпочитают все рассчитать и перепроверить и не ставить эксперимент на людях, это правильно. Пусть закон дорабатывается столько времени, сколько нужно, чтобы стать по-настоящему действующим механизмом, который поможет населению».

 

07-РякинЕвгений Рякин, управляющий партнер компании «Кредитный советник», автор книги «Кредитные истории»:
«Закон о банкротстве физических лиц не нужен ни должнику, ни кредитору.
Несмотря на то, что соответствующие поправки в закон «О несостоятельности (банкротстве)» пытались внести с 2006 года, но на протяжении почти десяти лет органы законодательной власти каждый раз отправляли документ на доработку. Все дело в том, что процедуры банкротства, изложенные в данных законотворческих инициативах, не удовлетворяли принципу полезности для тех субъектов, на которых они должны быть рассчитаны.
Однако в конце 2014 года случился кризис, долг заемщиков по ипотечным кредитам вырос вдвое, поэтому они устроили митинг у Центробанка. И через две недели после митинга, в предновогодней спешке закон был все же принят. Правда с поправкой, что он вступит в силу только через полгода. А потом и этот срок увеличили. Почему?
Потому что если вчитаться в закон, то отрицательных моментов для кредиторов, заемщиков и государства в целом, будет больше, чем положительных. Да и непродуманных процедур там тоже немало. Например, законодатель обязывает должника, чей долг превышает 500 тысяч рублей обращаться в суд с заявлением о признании банкротом. Давайте посчитаем. Стоимость подачи заявления о банкротстве в арбитраж стоит 6000 рублей, стоимость услуг юриста, который подготовит заявление и соберет необходимый пакет документов (почти 20 различных справок) составит еще 15-20 тысяч. Законодатели просто не подумали, что делать, если у человека нет этих 21-26 тысяч, чтобы заплатить за подачу заявления. С одной стороны он обязан платить, но с другой стороны – денег-то нет! Может быть, ему предложат взять новый кредит?
И это не единственный минус для заемщика. Ведь, кроме услуг юриста, ему нужно будет заплатить еще и за услуги финансового управляющего. Несмотря на то, что в законе указана стоимость таких услуг – 10 000 рублей, опытные юристы знают, как обойти это досадное недоразумение. Некоторые организации уже сейчас заключают договоры на услуги по банкротству физлиц, и, насколько я знаю, стоимость услуг будет начинаться от 50 000 рублей и выше. Так что без нового кредита должнику уже точно не обойтись.
Если смотреть со стороны кредитора, то для него тоже мало хороших новостей. Опытные заемщики с многомиллионными кредитами будут избавляться от имущества, а затем банкротиться, тем самым оставляя займодавцев, что называется, «с носом». Также существуют схемы, которые позволят сделать выплаты кредитору минимальными, даже при наличии у должника необходимого имущества.
В целом, банкротство физлиц напоминает исполнительное производство, только за дополнительную трату денег, времени и нервов. Можно сказать, что законопроект как был «сырым», таким и остался. И в нынешнем виде он не нужен ни кредитору, ни должнику, ни государству».

 
pakhomovАлександр Пахомов, вице-президент, директор департамента проблемных активов ВТБ24:
«Перенос срока вступления в силу закона о банкротстве физических лиц связан с передачей арбитражным судам полномочий по рассмотрению дел о банкротстве граждан.
Если на практике нормы закона будут работать так, как это задумано законодателем, то процедура банкротства будет эффективной. Ведь она основывается на принципах справедливого распределения имущества должника между его кредиторами, в том числе содержит инструменты для пресечения злоупотреблений сторонами.
Важно, чтобы не возникло коллапса на стороне судов, саморегулируемых организаций, арбитражных управляющих, печатных изданий.
На текущий момент закону, очевидно, недостает норм, определяющих порядок обращения взыскания на элитное жилье, являющееся единственным для должника и не приобретенным в ипотеку.
Спорной является норма, обязывающая должника-гражданина в определенных случаях подавать на свое банкротство. За ее нарушение предусмотрена административная ответственность. В отличие от субъектов, осуществляющих предпринимательскую деятельность, неплатежеспособность физических лиц, как правило, связана с потерей работы и может быть быстро восстановлена.
Для кредиторов процедура банкротства имеет ряд преимуществ: «управление» процедурой осуществляет финансовый управляющий, который материально заинтересован в ее результативности (получает определенный процент от суммы погашенных долгов); сомнительные сделки, предшествовавшие банкротству, подлежат оспариванию; банки приобретают упрощенную возможность списать долги гражданина с баланса и так далее.
На кредитные организации закон возлагает бремя контроля расходных операций граждан, находящихся в процедуре – кредитным организациям требуется срочно выстроить этот процесс, включая систему мониторинга публикаций о банкротстве граждан».

 
07-МатюшенкоАнтон Матюшенко, президент Российской ассоциации честных адвокатов:
«Уверен, что данный закон будет работать. Он нужен нашей экономике и соответствует мировой практике. Многие люди ждут этого закона, потому что, оказавшись в трудной ситуации из-за долгов перед кредиторами, долги по кредитам и займам всегда усугубляются процентами, которые не дают людям выйти из «долговой ямы». Процедура банкротства физического лица поможет разрешить сложившуюся ситуацию в пользу заемщика и легально списать долги.
До вступления закона в силу признанная судом задолженность, даже если ее невозможно взыскать из-за отсутствия дохода или ликвидного имущества, будет висеть на должнике вечно, а закон вводит механизм полного снятия долга».

 

07-КазакЕкатерина Казак, директор по управлению рисками сервиса онлайн-кредитования MoneyMan:
«Совсем недавно в Москве была проведена практическая конференция «Банкротство физлиц: техника безопасности для банков и МФО», в ходе которой представители федеральных и региональных банков, микрофинансовых организаций, лидеры рынка коллекторских услуг, независимые юристы обсуждали перспективы правоприменения закона, а также подготовку финансовых, кредитных компаний к вступлению закона в силу.
Мы не ожидаем повального объявления себя банкротами заемщиков МФО. Согласно нормам закона, банкротом должен быть признан гражданин, имеющий просроченную более чем на 90 дней задолженность не менее чем в 500 тысяч рублей. Конечно, по желанию заемщик может начать процедуру банкротства и при меньшей сумме, но поскольку процедура не бесплатная, включает оплату юридических услуг и госпошлины, то мы ожидаем, что закон о банкротстве будет применяться только в самых тяжелых случаях и в подавляющем большинстве случаев – принудительно.
Среди заемщиков MoneyMan практически нет таких должников, поскольку суммы займов микрофинансовых организаций гораздо меньше банковских кредитов. Среднерыночная сумма займа в российском секторе микрофинансов за первое полугодие 2015 год — чуть меньше14 000 рублей. Мне крайне сложно представить при такой сумме займа, что даже с учетом штрафов за просроченный заем и самой высокой ставкой на рынке совокупная сумма долга может приблизится к 0,5 млн рублей.
Однако нельзя исключать, что у заемщика МФО при получении займа уже могли быть банковские долги. Но здесь вопрос к оценке рисков конкретных организаций, которые кредитуют людей с уже действующей долговой нагрузкой. Такие займы, как правило, дефолтны.
Закон ставит больше вопросов, чем дает ответов на них. Например, пока не видна принципиальная разница процедуры банкротства и исполнительного производства. Даже если после продажи имущества вырученных средств окажется недостаточно для погашения долга, то остаток будет просто списан. Уверяю, что будет достаточно граждан, которые заранее подготовятся к процедуре банкротства и не оставят за собой имущества или источников дохода».

 

АвгустАлена Август, политтехнолог:
«Закон, которого так ждали многие несостоятельные граждане, боюсь, их совсем не порадует своим применением. Действительно, при предоставлении всех доказательств гражданин сможет реструктурировать и «обнулить» свои долги, подтвержденные опять же документами. Но этот же закон «гарантирует» появление информации о гражданине-банкроте в открытых источниках и тем самым закрывает неудачливому кредитору путь к последующим кредитам и многим сделкам. То есть «все простить и начать сначала» — не получится. И если слово «репутация» для многих простых россиян что-то из области фантастики, то резюме «некредитовозвратен» станет для них вполне понятной печальной черной меткой».

 

ШестаковДенис Шестаков, партнер ООО «ЮФ «ЛигалСтудио»:
«Закон, который в обиходе называют «законом о банкротстве граждан» на самом деле является частью – параграфом 1.1. закона «О несостоятельности (банкротстве)», название которого звучит как: «Реструктуризация долгов гражданина и реализация имущества гражданина».
Таким образом, уже в самом названии параграфа закона о банкротстве, который регулирует отношения, связанные с несостоятельностью граждан, заложена реабилитационная направленность.
Действительно, законом, в качестве первой и обязательной процедуры банкротства физического лица предусмотрена такая процедура, как реструктуризация долгов гражданина, сущность которой заключается в том, что ему предоставляется возможность получить обоснованную отсрочку сроком до трех лет по погашению в денежной форме всех предъявляемых к нему требований и процентов по таким требованиям.
При введении процедуры реструктуризации прекращается начисление неустоек (штрафов, пеней) и иных финансовых санкций, а также процентов по всем обязательствам,  приостанавливается действие исполнительных документов по имущественным взысканиям. Данные меры, предусмотренные законом, позволяют должнику, попавшему в трудную финансовую ситуацию, избежать излишнего увеличения своей задолженности перед кредиторами, а также получить необходимое время для изыскания источников погашения задолженности. Без опасения, что в любой момент можно потерять все нажитое в результате действий судебных приставов или коллекторских агентств.
Таким образом, законодатель не стремится лишить добросовестного должника, имеющего стремление к погашению средств к существованию, отобрав у него последнее и тем самым поставить его перед выбором «Быть или не быть», а дает ему возможность получить необходимое время для разрешения сложившейся кризисной ситуации.
В таком контексте положения закона, регламентирующие вопросы банкротства физических лиц, несомненно благо для граждан России, и его реабилитационная направленность должна принести позитивный эффект в вопросах устранения излишнего долгового бремени добросовестных граждан страны.
Однако если посмотреть на этот закон глазами других участников процесса, то не все так однозначно.
Возьмем, к примеру, арбитражных управляющих. Вознаграждение финансового управляющего в деле о банкротстве гражданина составляет 10 000 рублей за всю процедуру, которая, к слову, может длиться более трех с половиной лет. В деле о банкротстве должника-организации вознаграждение временного или конкурсного управляющего составляет 30 000 рублей ежемесячно. При этом объем работы по должнику-гражданину вряд ли существенно меньше объема работы по юридическому лицу. Таким образом, для увеличения дохода от деятельности финансового управляющего должником-гражданином арбитражный управляющий будет вынужден увеличивать количество таких должников, находящихся в его управлении, что не сможет не отразиться на качестве проводимой работы.
Также нельзя не отметить, что система арбитражных судов в настоящее время не сможет в один момент справиться с тем валом новых дел, которые неизбежно туда хлынут с приходом дня вступления рассматриваемого закона в силу.
Сказанное заставляет задуматься о совершенстве принятого акта законотворчества, но в любом случае данный закон несет в себе положительные тенденции к развитию финансовой грамотности граждан России и их умению управлять своими долгами, оценивать свои возможности и потребности.
Что же касается вопроса о том, каким окажется новый закон в действии, покажет практика его применения, в том числе судебная».

Вы можете оставить комментарий, или отправить trackback с Вашего собственного сайта.

Написать комментарий

Введите код * Лимит времени истёк. Пожалуйста, перезагрузите CAPTCHA.

Рейтинг@Mail.ru Яндекс.Метрика Premium WordPress Themes Premium WordPress Themes Premium WordPress Themes Славянка Premium WordPress Themes Premium WordPress Themes Premium WordPress Themes