SOFI: «Жить под мостом мы не будем!»

Ее называют «электровиолончель № 1 России». Ей подвластны любые жанры – от классики до рока. Задуманный ею проект Sofi Electric Cello, несомненно, станет если и не сенсацией, то явлением в отечественной культуре. Наш корреспондент встретился с Sofi – «в миру» Софией МАЛЬЦЕВОЙ – в преддверии ее авторского шоу в Ледовом дворце, ради которого молодая виолончелистка… продала свою квартиру.

Владимир ЖЕЛТОВ
info@gazetastrela.ru

– София, не думаю, что свою музыкальную жизнь вы начали с электровиолончели…

– В раннем детстве я мечтала играть на рояле. Мама только в девять лет отвела меня в музыкальную школу. Там сказали: «Рояль уже поздно». Предложили на выбор – скрипка или виолончель. В то время (мне стыдно в этом признаться) я не знала, что такое виолончель, но, видимо, так судьбе было угодно, выбрала ее. В консерватории я училась в классе профессора Анатолия Павловича Никитина. Это о нем Дмитрий Шостакович сказал: «Блестящий виолончелист, превосходный и всесторонне развитый музыкант». Экспериментировать же с электроинструментом начала не так давно.

– Согласитесь, электровиолончель менее известна, чем электрогитара, электроскрипка…

– В России она еще не так известна, как за границей, возможно, потому что у нас на электроинструментах исполняются преимущественно каверы.

– Мультиинструменталист Давид Голощекин признается, что далеко не сразу решился взять в руки электроскрипку.

– Я тоже через это прошла, долго приспосабливалась. У электроинструментов звукоизвлечение совсем иное. Акустический инструмент обладает глубоким тембром – его невозможно сымитировать на электро. Виолончель и электровиолончель – совершенно разные инструменты, их даже сравнивать нельзя. Был момент, когда мне самой показалось, что я меняю высокое искусство на нечто вторичное. Многие музыканты и музыковеды с предубеждением отнеслись к тому, что я взяла в руки электроинструмент, у меня же хорошая академическая школа.

У нас почему-то принято считать, что электроинструмент – это замена, в каких-то случаях даже подмена акустического. Что, конечно же, не так. Я уверена: со временем и восприятие электроинструментов, и отношение к ним будут совершенно другими. Нужно только, чтобы музыканты стали играть, как это делаем мы, свою оригинальную музыку. Пока же многие берут или рок-хиты, или классику, перерабатывают – и на этом очень быстро делают себе имя. Мы пошли совершенно другим путем.

– Классическая виолончель осталась в прошлом?

– Нет, что вы! Я играю и на акустике – и на концертах, и записи делаю. Для меня главное – поделиться со слушателями своими мыслями, чувствами, эмоциями.

«Наша музыка – глобальная»

– Вы уже не раз выходили, что называется, на широкую публику. Когда и где был первый концерт?

– В рамках фестиваля Harley Days мы с рок-музыкантами сделали получасовую мини-шоу-программу.

– Вас услышали и пригласили на открытие стадиона «Санкт-Петербург Арена»?

– Возможно, нас услышали на площади Островского, возможно, на Исаакиевской – наш Oracle звучал на Фестивале света. Возможно, на открытии фан-зоны чемпионата мира по хоккею или на Международном ядерном форуме. Везде мы играли свои композиции. Перед выступлением на арене «Санкт-Петербург» нас склоняли: сыграйте для начала, допустим, переработку Вивальди, а потом уже вашу композицию. Мы стояли на своем и сыграли Voice of Spirit – «Голос духа».

– София, вы постоянно употребляете местоимение «мы». Кто – мы?

– Прежде всего это я и Аня – Анна Цаплева, мой директор, моя ближайшая подруга. Она так же, как я, вкалывает по 20 часов в сутки. Мы – это группа, состав которой непостоянен. Многие музыканты, с которыми я начинала работать, не выдерживали напряжения. Назову самых стойких – тех, кто примет участие в концерте 15 декабря: аранжировщик Игорь Нарбеков, драммер Герман Петров, басист Кирилл Луферов, гитарист Юрий Мостан.

Я очень давно мечтаю о таком большом сольном концерте. Но! Можно всю жизнь мечтать. Можно всю жизнь надеяться, что вдруг появится человек, который скажет: «Софи, то, что ты делаешь, – супер! Твоя музыка будет звучать на стадионах!» Так было и со мной. После того как ко мне пришло осознание, что живу иллюзиями, я решила: все, надо действовать!

– …и сразу замахнулись на Ледовый дворец с его ареной на 12 тысяч человек! Безусловно, это поступок, достойный уважения. Но, может быть, разумнее было бы начать с менее рискованных площадок?

– Многие тоже не понимают адекватности моего поступка. «Почему не А2, не клуб «Космонавт»? Почему не БКЗ, наконец? Собрать зал на четыре тысячи зрителей – тоже риск!» Да, риск. Хорошо, собрали «Космонавт». Можно рисковать дальше? Собрали БКЗ. Здорово! И только потом – Ледовый? Риск какой-то получается такой – многоэтапный. А, допустим, не собрали БКЗ – что тогда? Нет уж, играть, так по-крупному. Брать, так Ледовый!

– Не знаю, кого привести в пример… Шнура? И Шнур начинал не с Ледового…

– Мы тоже начали не с дворца. У нас не поп-музыка, не шансон, не рэп. У нас чистый инструментал. Пока для людей в России инструментал-шоу на стадионах – сложно воспринимаемое явление. Но это пока… С нашим материалом выйти на такую большую площадку – вызов. Инструменталисты не берут Ледовый на сольники. И в то же время наша музыка – стадионная. Только на большой площадке ее можно ощутить по полной. Она масштабная, она глобальная. Россия нуждается в такой музыке и в том, чтобы на инструментал заполнялись стадионы.

«Ждать у моря погоды – не мой принцип»

– Говорят, вы отказались от работы с продюсерами.

– Я не могу сказать, что к нам выстроилась очередь из продюсеров. За нас боятся браться. Были, конечно, предложения – не от звездных профессионалов – поучаствовать в нашем становлении. И да, мы отказались. Я не люблю, когда мне диктуют, что и как играть.

Я понимаю: с продюсером риски уменьшились бы, может быть, даже наполовину.

– По крайней мере было бы с кем разделить ответственность.

– За все ответственна я одна. Перед всеми. Больше всего – перед собственным ребенком. Милане 10 лет, но она видит и понимает, какие силы я вкладываю в реализацию своей мечты. Я не могу назвать свой поступок героическим, но в том, что это смелый шаг, нет никакого сомнения. Мы все восторгаемся подвигами великих людей и всегда находим, чем оправдать свое бездействие. Отсиживаться или ждать у моря погоды – не мой принцип. Один человек, для моей дочери авторитетный, сказал Милане, что так нельзя поступать в жизни.

– Как – так?

– Нельзя ради реализации мечты продавать квартиру…

– Вы продали квартиру ради концерта в Ледовом?!

– Да, и кредитов набрала. Я объяснила дочери: у этого человека такое мнение, у меня – другое. «Вырастешь – у тебя будет на этот счет свое мнение». Если я потеряю квартиру, значит, начну все с нуля. Я уверена: пока здорова, мы с дочерью жить под мостом не будем. Но если, рискнув, я потерплю фиаско, то, боюсь, для Миланы это будет определяющим при принятии решений в жизни. Уже поэтому мы должны победить.

______________
Досье

София МАЛЬЦЕВА родилась в Воронеже, в семье военнослужащего. В Петербурге Мальцевы обосновались, когда дочери было шесть лет. Лауреат премии Global Energy. В 2013 году композиция The Flames была номинирована на фестивале Hollywood Music and Media Awards (США). В 2016 году выпустила дебютный сольный альбом Regeneration. В тандеме с Анной Цаплевой создала проект «Без продюсера», цель которого – вдохновить творческих людей на самореализацию, несмотря на отсутствие денег.

______________
Афиша

Авторское шоу MAGНИТ пройдет 15 декабря в Ледовом дворце (Санкт-Петербург). По словам Софии, шоу не только новый формат искусства, в котором гармонично соединены инструментальная музыка, background в киноформате, но и интерактивная игра, социальная миссия, включающая в себя флешмоб «Человек ищет человека».

 

Вы можете оставить комментарий, или отправить trackback с Вашего собственного сайта.

Написать комментарий

Введите код * Лимит времени истёк. Пожалуйста, перезагрузите CAPTCHA.

Рейтинг@Mail.ru Яндекс.Метрика Premium WordPress Themes Premium WordPress Themes Premium WordPress Themes Славянка Premium WordPress Themes Premium WordPress Themes Premium WordPress Themes