Лечат ли стены

Лечиться в России не хуже, чем за границей, и значительно дешевле, утверждают отечественные чиновники от медицины. «Путешествия за здоровьем внутри страны становятся все популярнее. Выездной поток на лечение за границу резко сократился из-за кризиса, и россияне разумно оценили плюсы лечения в нашей стране», – говорит президент Российской ассоциации медицинского туризма Константин Онищенко, оставляя пространство для маневра. А если бы не кризис, не сократился бы?

По его словам, на родине хватает всего: квалификация врачей на уровне, оборудование современное, сервис с каждым годом растет. В итоге россияне не просто выбирают родные пенаты – все чаще региональные клиники начинают конкурировать со столичными. Ассоциация приводит такие цифры: только за половину прошлого года 8 миллионов соотечественников прибегли к медицинскому туризму внутри страны, что на 35 процентов больше, чем в 2016-м.

В программном оптимистическом тексте кое-что смущает. Понимают ли чиновники, что, предлагая лечить онкологию, они с тем же успехом могли бы побороться со стоматологией или педиатрией? Знают ли о том, что ситуация с паллиативной помощью во втором по величине городе страны – ужасающая: по данным фонда AdVita, только каждый пятый человек, страдающий от боли в Петербурге, получает нужные лекарства?

«Не стоит сравнивать паллиатив с медицинским туризмом», – скажете вы и будете отчасти правы. Но лишь отчасти: от того, где мы лечимся, во многом зависит и то, какой будет наша жизнь через год-два-три. Если будет.

«Насколько, по вашему мнению, отечественная медицина конкурентна зарубежной?» – спросили мы у собеседников этого номера.

Васил СТОЯНОВ, главный врач клиники эстетической медицины Isola Bella:

– В принципе, все предпосылки для увеличения потока медицинских туристов в Россию есть, особенно если учитывать девальвацию нацио­нальной валюты в последние годы. Услуги эстетической медицины сегодня стоят в России в разы дешевле, чем в Европе. Многих зарубежных пациентов привлекает именно ценовой разрыв: ко мне приезжают люди из Австрии, Германии, Испании, Италии. Чаще всего это россияне обоего пола, переехавшие на ПМЖ в другую страну, и, приезжая в Петербург, они непременно посещают стоматолога, гинеколога (женщины) и косметолога. Кроме того, фундаментальное образование российских врачей вызывает доверие у пациентов. В России хорошо развиваются новейшие технологии, например изготовление имплантов и протезов на 3D-принтере. Многие российские научные наработки в области косметологии (еще с советских времен) сегодня считаются передовыми и широко применяются во всем мире.

Лев АВЕРБАХ, генеральный директор «Корис ассистанс СПб»:

– В нынешних заявлениях об успешной конкуренции отечественных клиник с зарубежными представители ассоциации медицинского туризма выдают желаемое за действительное. Как и в автомобилестроении, в медицине мы уже давно не впереди планеты всей. Я называю медицинский туризм в России вынужденным. Работая 40 лет в медицине (20 из них – в частной медицинской компании), я не встречал иностранцев, желающих добровольно воспользоваться услугами отечественных медиков. Другое дело, если под иностранцами подразумевать жителей бывших среднеазиатских союзных республик или советских эмигрантов, которые действительно до сих пор приезжают лечиться к «своим» врачам, чьими услугами они и их семьи пользовались еще во времена СССР.

В цивилизованной Европе все медицинские вмешательства (в том числе и экстренные, которые происходят на территории других государств) покрываются страховой медициной. То, что наши сограждане перестали ездить за границу, обусловлено не качеством отечественной медицины, а ценовой недоступностью лечения в Европе, Америке или Израиле. Если у людей появляется финансовая возможность, они едут на лечение в Финляндию, Германию, Израиль. Живущие за Уралом отправляются в Корею, Гонконг, Сингапур – именно в этих странах, согласно мировым рейтингам, качество медицинских услуг признается наилучшим. Впрочем, для желающих сэкономить я рекомендую Индию – при сравнительной дешевизне тамошней медицины образование врачей и оснащенность индийских клиник заслуживает высоких оценок. А внутрироссийский медицинский туризм (особенно в отношении жителей Северного Кавказа, районов Крайнего Севера и отдаленных регионов) объясняется системой квот, которая дает шанс любому гражданину России воспользоваться высокотехнологичной медицинской помощью, при условии что в собственном регионе ему такую помощь не предоставят.

Вероника СЕВОСТЬЯНОВА, руководитель пациентской организации «Рак лечится», автор книги «Про меня и Свету. Дневник онкологического больного»:

— Около шести лет назад, когда я поняла, что у меня рак, я тоже думала о поездке в Израиль на лечение. Собиралась продавать жилье, искала выходы на врачей, фактически прощалась уже перед дорогой с родственниками, а потом… осталась. В тот момент решающим для меня встал вопрос «А что я буду делать, пролечившись?». Ведь вернувшись в Россию, понимала я,  останусь без квартиры и с ослабленным здоровьем, и значит на какой-то период и безработной. Ну вырежут мне опухоль, ну прохимичат, а вернусь-то я к разбитому корыту. На какие средства потом жить, если все деньги будут отданы за лечение?

Я не жалею о сделанном. Уже сейчас, став «опытным больным», понимаю, что рак — это не сиюминутное заболевание. Даже не агрессивные формы все равно через период времени снова и снова проявляются. За последние два года, например, я побывала на хирургическом столе три раза. Меня подлечивают, восстанавливают и снова «выпускают» жить. Активно жить! Ведь мне даже хватило сил, чтобы создать пациентскую организацию и объединить таких же как я пациентов, готовых поддерживать других.

Криоабляция. Это такое новое решение в медицине, которое помогает удалять опухоли щадящим методом и в том числе в легких, в печени, то есть в тех органах, которые оперировать очень сложно. Мне удалили этим методом метастаз в печени. А выписали из больницы уже через неделю после операции. Еще через неделю я уже смогла пойти в бассейн! И самое главное, что лечили меня, как жителя Санкт-Петербурга, по предоставленной государством квоте. Бесплатно. В том же Израиле такая операция стоит около тридцати тысяч долларов. Скажу очень просто: у меня таких денег нет.

Вот что самое сложное в лечении в России? Очереди. Очереди на все. Запись на прием к онкологу — очередь, на проверочное УЗИ — тоже. Чтобы подписать квоту на высокотехнологичное лечение, надо приложить силы и обежать много кабинетов. И каждый раз кажется, что все так плохо, что не стоит этих усилий беготня, что проще уехать за рубеж. Но потом я сяду, посчитаю и пойму, что месяц, потраченный на оформление квоты, фактически мне стоил тридцати тысяч долларов, которые я должна была бы отдать израильским врачам. Но, конечно, многие едут. Когда есть свободные деньги и ты не хочешь бегать этот месяц, собирая справки, то поедешь. В больничных палатах я познакомилась со многими пациентами, в том числе лечившимися в Германии и Израиле, и мы сравнивали наши результаты и методы, каким нас лечили.

Лечат примерно одинаково. Аппаратура за последние годы закуплена почти во все клиники России новейшая. Понятно, что в деревне Малые гвоздики не будет современного аппарата КТ и ехать на обследование необходимо в крупный центр. Но так и в деревне Нью-Бургер в Германии тоже нет аппарата КТ, и те же немцы тоже едут в свои крупные центральные клиники. И мы едем лечиться за рубеж именно в столичные больницы.

А поехать за рубеж легче потому, что там есть менеджер по медицинскому туризму, который будет водить больного за руку от врача к врачу. А в нашей стране пациенту надо самому записываться в очереди, самому с самого утра пытаться «достать» талон и подсчитывать, когда необходимо проходить новое обследование. Я, например, записываюсь на следующее обследование практически в тот же день, как пройду предыдущее. Потому что очередь. И это большой минус. Но зато бесплатно — а это огромный плюс.

Единственное, с чем  действительно плохо у нас в стране — это с лекарствами. После введения контрсанкций многие из препаратов не ввозятся в страну, если есть российские аналоги. Но наши лекарства — гораздо худшего качества. У них может и те же лечащие составляющие, но намного больше побочных эффектов. А в случае с онкопрепаратами побочные эффекты — это дело дрянь. Вот так многие пациенты и пытаются сочетать: наши умные врачи и наши клиники и покупные зарубежные лекарства. И вопрос о лекарствах — это тот вопрос, который давно необходимо решать нашему правительству.

И если можно, небольшое заключение. Лечение от рака — большой труд, ты его можешь проделать сам, бегая по очередям или заплатить за этот же труд очень большие деньги зарубежному менеджеру от медицинского туризма. Другого выхода, к сожалению, нет. Или бегаешь, или платишь. А самое главное, что не сдаешься и живешь, пусть иногда даже и вопреки.

Подготовили Оксана КРАПИВКО, Наталья ЛАВРИНОВИЧ

 

 

 

Вы можете оставить комментарий, или отправить trackback с Вашего собственного сайта.

Написать комментарий

Введите код * Лимит времени истёк. Пожалуйста, перезагрузите CAPTCHA.

Рейтинг@Mail.ru Яндекс.Метрика Premium WordPress Themes Premium WordPress Themes Premium WordPress Themes Славянка Premium WordPress Themes Premium WordPress Themes Premium WordPress Themes