Затерявшаяся провинция

Периодически путешествуя из Петербурга в Москву и обратно,всегда мечтал сделать остановку в Твери – все-таки старинный русский город на Волге – и все время откладывал визит на потом. Но в этот раз все пошло иначе: едва поезд остановился, я встал и неожиданно для себя вышел из вагона.

 

 

Евгений ГОЛОМОЛЗИН
info@gazetastrela.ru

Состав умчался дальше, оставив меня в раздумье. Что за безрассудство?! В Москве ждали дела, очень важные дела. Но ведь когда-нибудь нужно начать жить, а не просто перемещаться из точки А в точку Б. Может, это знак свыше? Хватит крутиться как белка в колесе. Пора вдыхать жизнь полной грудью, пить ее большими глотками, совершать необдуманные поступки! А в столицу можно и вечерним поездом уехать.

Когда найдено оправдание, становится легче. Куда в Твери податься спонтанному туристу? В мире существует универсальный ориентир. Большинство населенных пунктов расположены на берегу моря, озера или реки. На набережной обычно и находится все самое интересное.

Берег Афанасия Никитина

«О море спрашивай у рыбака», – гласит народная мудрость. Местные жители посоветовали прогуляться по набережной Афанасия Никитина – вид там классный! И оказались правы: от панорамы дух захватывает. Правый берег Волги предстал как на ладони. Приятно впечатлила ширина реки – нет сомнений, что летом по ней курсируют прогулочные кораблики, об этом красноречиво свидетельствуют пристани.

Именно отсюда отправился в легендарное путешествие за три моря купец Афанасий Никитин. За шесть лет он прошел всю Волгу, а также Турцию, Персию и Индию.

В 1955 году в Твери поставили замечательный памятник Никитину, причем изобразили путешественника настолько энергичным и целеустремленным, что возникает жгучее желание повторить его подвиг.

Порыв холодного ветра напомнил, что хождение за три моря следует организовать летом. А сейчас лучше ограничиться прогулкой до стрелки, где с Волгой сливается река Тверца. Набережная в этом месте представляет собой широкий ухоженный сквер. С противоположной стороны стоят бывшие купеческие дома. Серебряным куполом сияет церковь Воскресения Христова – ее построили на деньги тех же купцов.

А вот за Новым Волжским мостом старинные постройки уже не встречались. Вдоль берега по-прежнему тянулся сквер, но менее ухоженный. За зданием Технического университета показался Успенский собор с золотой луковкой и крестом. А за ним – очертания бывшего Речного вокзала.

Образец неоклассицизма возвели в конце тридцатых годов. Здание с ротондой, украшенной колоннадой, издали выглядит очень эффектно. Увы, вблизи оно оказалось почти руинами: в августе 2017-го ротонда обрушилась, и теперь инвестора для восстановления памятника регионального значения, которого ждали давно, найти будет еще труднее. А жаль! В нем, вероятно, можно было устроить гостиницу, конгресс-центр или галерею современного искусства. В конце концов оно просто могло служить украшением города и привлекать сюда туристов.

Пушкин у парапета

Через Волгу перекинут Новый Волжский мост. С его середины открывается великолепная панорама. Виден Свято-Екатерининский женский монастырь на берегу реки Тверцы. По левую сторону от моста тянется набережная Степана Разина – где-то там находится музей Салтыкова-Щедрина. По правую сторону расположена набережная Михаила Ярославича, ее назвали в честь легендарного тверского князя.

Я выбрал княжеский вариант, поскольку в этом районе определенно царил дух свободы. Об этом свидетельствовала топонимика: на карте присутствовали улица Вольного Новгородца и Свободный переулок. Внимание сразу привлекло здание, увешанное орденами. При ближайшем рассмотрении оказалось, что это советская военная символика, украшающая стены Дома ворошиловских стрелков.

Следующая постройка снова перенесла меня в эпоху тридцатых годов. Это был кинотеатр «Звезда» – образец позднего конструктивизма. Здание имеет форму бинокля! Его облик чем-то напомнил мне московский кинотеатр «Родина». «Гугл» подтвердил догадку: у построек был один отец-архитектор. Попутно выяснилось, что кинотеатр «Звезда» возвели на месте домика Петра I. Этот неугомонный император-путешественник останавливался в нем, проезжая через Тверь.

Далее вдоль берега раскинулся Центральный городской парк. Здесь я отыскал три неординарных памятника, но в душу запал Александр Сергеевич Пушкин. Поэт будто прогуливался по берегу Волги, остановился передохнуть, облокотился на парапет, да так и застыл, залюбовавшись пейзажем.

Как-то в усадьбе Михайловское, что в Пушкинских Горах, я увидел карту путешествий Пушкина и ахнул. На лошадях он объездил огромную территорию от Петербурга до Тифлиса, от Кишинева до Оренбурга! Отправиться за три моря, подобно Афанасию Никитину, поэту мешал лишь царский запрет на выезд за границу.

Городской парк сменился Дворцовым садом: здесь находится Императорский путевой дворец. Рядом на площади красуется памятник «всесоюзному старосте» Михаилу Калинину. Он напомнил, что еще недавно город называли не Тверь, а Калинин. Чтобы пополнить теоретические знания, я заглянул в краеведческий музей, его экспозиция размещается в здании бывшего реального училища.

Десертом стала прогулка по пешеходной Трехсвятской улице. Здесь расположены кафе и сувенирные лавки. Тут я нашел памятник тверскому козлу: рогатое животное выглядит забавно и доброжелательно. Глядя на него, невольно начинаешь улыбаться. Это деревянное чудо в очередной раз навело меня на мысль, что в жизни обязательно нужно делать остановки. А дела подождут.

_______________

Личное

О трех самых значимых для нее местах Твери мы попросили рассказать Ольгу ПОЛЯКОВУ, путешественницу, руководителя образовательного проекта «Трава» – она родилась и выросла в этом городе.

– Тверь – это затерявшаяся провинция с долгой и славной историей, забытая сама собой. Краеведы «Тверских сводов» собирают время по крупицам, BunaCoffee тихонько обжаривают зерно за зерном для ценителей на всю страну на бывшем заводе, пока на Трехсвятской фотографируются в обнимку с бронзовым шансонье Кругом и огибают новый забор вокруг отреставрированного Путевого дворца.

Речной вокзал – мое детство. Я застала его работающим, бродила внутри по пятам за мамой и задирала голову, чтобы разглядеть потолок, а потолка все не было и не было видно. Причаливала баржа с арбузами из Астрахани, мы бегали и стучали по пузатому грузу, пока нас не разгоняли взрослые. Там проводили выборы и ярмарки шуб, на сыром первом этаже в продуктовом неизменно хамили, где-то рядом прятались реконструкторы, а потом – музей ужасов, поражавший провинциальную школьницу размахом фантазии художников-декораторов.

Мой мир расцветал и усложнялся среди колонн, лестниц, тускнеющих стен, причудливых трещин, когда парк рядом казался богатым лесом, особенно по осени, а возле вокзала мы с папой устроили тайничок, где росла клубника. Камни с берега Волги обращались в ручных мышей, а волны удивляли рассказами о других городах, озерах, деревнях, где они бывали. На этом месте в 1930-х специально снесли Отроч монастырь XIII века, а теперь не случайно и Речной вокзал, и нужно успеть взглянуть на стены и руины и дофантазировать открыточный вид со слиянием Тверцы и Волги.

На каштановой набережной со стороны Заволжья живет Афанасий Никитин. Сын крестьянина, предприниматель, путешественник, искатель приключений, писатель – не воин, не жертва, не колонизатор, не паломник: как вам такое портфолио для XV века? Забираемся на нос корабля и представляем, что, проявив смелость и научившись считать и договариваться, можно отправиться отсюда вниз по реке навстречу морю и суше, которых еще нет на карте мира. Из тюрьмы пластиковых окон и железных дверей, многоэтажных новостроек и затонированных ниссанов – совершенно куда угодно. Но это вовсе не острое желание выбраться из Твери, а желание разглядеть потенциал там, где никто его не видит.

Поэтому, сменив купеческий транспорт на маршрутку, до захода солнца необходимо попасть в Морозовские казармы (Двор Пролетарки). Это пример одного из первых образцовых микрорайонов в России, задуманного Морозовыми в XIX веке. Савва Васильевич запустил прядильную и несколько других фабрик, построив сопутствующие здания, Варвара Морозова создала всю инфраструктуру. Больница, аптека, родильный приют, приют для сирот, ясли, «санатория», дом призрения, банк, богадельня, училище, библиотека и обсерватория, начальная школа, воскресная школа и торговая школа, народный театр. А потом «городок» перешел в руки восторжествовавшего пролетариата и все пошло на спад. Во Дворе живут по несколько сотен семей: то ли сквот, то ли общежитие, из окна торчит то дерево, то антенна, вожделенный красный кирпич, шашлыки на улице, немецкий стиль. Провинциальный спальник может быть таким, и с каждым визитом художников, фотографов и мечтателей все больше надежд, что он успеет дождаться свежего взгляда и заботливых рук.

 

 

Вы можете оставить комментарий, или отправить trackback с Вашего собственного сайта.

Написать комментарий

Введите код * Лимит времени истёк. Пожалуйста, перезагрузите CAPTCHA.

Рейтинг@Mail.ru Яндекс.Метрика Premium WordPress Themes Premium WordPress Themes Premium WordPress Themes Славянка Premium WordPress Themes Premium WordPress Themes Premium WordPress Themes